Февраль 2025 года стал первым полным месяцем работы новой администрации Дональда Трампа, которая пришла к власти с амбициозными планами – сократить дефицит бюджета на 1-2 трлн долларов к 2026 году. Однако реальность оказалась далеко не столь оптимистичной.
Рекордный дефицит бюджета
Несмотря на обещания улучшить фискальную дисциплину, бюджетный дефицит США в феврале 2025 года достиг абсолютного рекорда в 318 млрд долларов. Для сравнения, в феврале 2024 года он составлял 296,3 млрд, в 2023 году – 262,4 млрд, а предыдущий антирекорд был зафиксирован в кризисном феврале 2021 года на уровне 311 млрд.
Еще более впечатляющими выглядят данные с начала текущего фискального года (октябрь 2024 – февраль 2025): совокупный дефицит достиг 1,16 трлн долларов, что значительно превышает показатели аналогичных периодов прошлых лет – 0,83 трлн в 2024 году, 0,72 трлн в 2023 году и 1,04 трлн в 2021 году, который считался пиком финансовой нестабильности.
Беспрецедентный рост расходов
Основной причиной такого резкого роста дефицита стал всплеск государственных расходов, которые в феврале достигли 717 млрд долларов, увеличившись на 26,5% по сравнению с предыдущим годом. Детализация по категориям ожидается к середине марта, но уже сейчас очевидно, что траты Минфина вышли из-под контроля.
Заимствования на грани риска
Несмотря на введенный с 1 января 2025 года лимит госдолга, США продолжают активно привлекать займы. В феврале чистые заимствования через рыночные ценные бумаги составили 109 млрд долларов. Размещение векселей сократилось на 12 млрд, выпуск нот составил 75,2 млрд, бондов – 45,8 млрд, а TIPS – 0,7 млрд.
С начала года чистые размещения достигли 348 млрд, что несколько ниже, чем в аналогичный период 2024 года (447 млрд). Однако общий уровень заимствований остается на высоком уровне. Среднемесячные чистые займы в 2024 году составляли 159 млрд долларов, а в 2023 – 203 млрд.
Еще более тревожная тенденция наблюдается в масштабе фискального года: за пять месяцев (октябрь 2024 – февраль 2025) США привлекли с рынка чистыми 900 млрд долларов, причем 40,3% этой суммы пришлось на краткосрочные векселя. Для сравнения, годом ранее за аналогичный период было привлечено 1,065 трлн долларов, при этом доля векселей составляла 70,5%.
Финансовая ловушка: истощение ликвидности
Одной из причин снижения доли краткосрочных займов стало истощение буфера избыточной ликвидности в обратном РЕПО с ФРС. В 2023 году его объем достигал 2,2-2,4 трлн долларов, однако к началу 2025 года сократился до критических 60-120 млрд. Теперь этот инструмент больше не может служить подушкой безопасности для покрытия кассовых разрывов Минфина.
Вынужденное переключение на среднесрочные и долгосрочные бумаги оказывает дополнительное давление на финансовые рынки. Рост объема облигаций на рынке снижает их цену, что приводит к увеличению доходности казначейских бумаг. С октября 2024 года, когда Минфин начал агрессивно наращивать выпуск трежерис, доходность 10-летних облигаций подскочила с 3,6% до 4,8% к январю 2025 года, а затем стабилизировалась в диапазоне 4,1-4,2%.
Политика, ведущая к кризису
Рост доходности облигаций обусловлен не только увеличением их предложения, но и усилением инфляционных ожиданий. Администрация Трампа проводит агрессивную фискальную политику – снижение налогов и протекционистские меры в отношении ключевых торговых партнеров. Это создает дополнительные риски для макроэкономической стабильности.
Выводы: надвигающаяся турбулентность
Очевидно, что дисбалансы в американской экономике продолжают нарастать. Дефицит бюджета обновляет рекорды, запасы свободной ликвидности истощаются, а ключевые стратегические инвесторы (Канада и Европа) начинают дистанцироваться от американского долга.
Минфин США уверенно движется по пути увеличения долговой нагрузки, что в будущем может привести к серьезным экономическим последствиям. Все идет по плану – но чьему?