Почему инструменты ДКП Банка России не дают желаемого эффекта?

С августа стартовал новый этап ужесточения денежно-кредитной политики (ДКП), в ходе которого ключевая ставка была повышена на 5 процентных пунктов. Пиковое значение ставки достигло 21% 26 октября. Однако, несмотря на эти меры, годовая инфляция не только не замедлилась, но и ускорилась: с 9,1% до 10,1%, а с октября рост оказался еще более заметным — на 1,6 процентного пункта (с 8,5% до 10,1%).

Ожидания бизнеса и населения относительно инфляции остаются на повышенном уровне по сравнению с июлем, хотя с февраля наблюдаются признаки их стабилизации. Это происходит даже при рекордно высокой реальной процентной ставке (рассчитанной по формуле Фишера), которая в марте 2025 года составила 9,9%, в то время как ее пиковый уровень в ноябре 2024 года достигал 11,1%. Для сравнения, среднее значение реальной ставки в 2024 году составляло 8,5%, тогда как в 2023 году — 3,9%, в 2022 году — отрицательное значение (-3,2%), а в 2017–2019 годах среднее значение держалось на уровне 4,1%.

Чем выше реальная процентная ставка, тем жестче условия для экономики: обслуживание долговых обязательств становится сложнее, что оказывает давление на бизнес и население. Однако, несмотря на эти ограничения, инфляция продолжает расти. Почему так происходит?

Основные причины низкой эффективности ДКП:

Немонетарный характер инфляции

Факторы, способствующие росту цен, в значительной степени связаны не с денежной массой, а с внешними и структурными изменениями:

  • Рост издержек из-за санкций. Это приводит к удорожанию импорта не только вследствие ослабления рубля, но и из-за падения экспортного потенциала.
  • Обесценение рубля. За последние 12 месяцев рубль продолжал ослабевать, что критично для экономики, зависящей от импорта, особенно в наукоемких секторах. В то же время его резкое укрепление в начале 2025 года может привести к обратному эффекту, но с временным лагом в 3–6 месяцев.
  • Структурная перестройка экономики. Недостаток кадров и технологий усложняет производственные процессы.
  • Переориентация экономики на военные нужды. Это снижает производственный потенциал гражданского сектора, ограничивая предложение товаров и услуг.
  • Сильный бюджетный импульс. Большая часть государственных средств направляется в ограниченные отрасли, такие как ВПК, что создает дисбаланс в экономике.

Задержка действия механизмов ДКП

Передача сигнала от изменения ключевой ставки к экономике происходит с лагом. Последовательность трансмиссионного механизма такова:

  1. Повышение ключевой ставки → рост рыночных ставок.
  2. Удорожание кредитов → снижение кредитной активности.
  3. Снижение потребления и инвестиций → влияние на инфляцию.

Кредитная активность начала резко сокращаться с ноября, и в начале 2025 года чистый прирост кредитования стал отрицательным. Это должно привести к замедлению инвестиционной и потребительской активности, но с задержкой: для населения — около двух месяцев, для бизнеса — от шести до восьми.

Высокие инфляционные ожидания

ЦБ России ориентируется на инфляционные ожидания как на ключевой индикатор, поскольку они формируют поведение экономических агентов. Если население и бизнес ожидают дальнейшего роста цен, то они начинают действовать упреждающе: потребители ускоряют покупки, а компании повышают цены. Это создает эффект самореализующегося прогноза.

Высокие ставки действительно сдерживают кредитование и стимулируют сбережения. Однако это приводит к тому, что значительная часть денежной массы концентрируется в срочных депозитах, а не в реальном секторе экономики. В результате происходит своего рода «консервация» ликвидности, что замедляет эффект от ДКП.

Вывод

Денежно-кредитная политика Банка России не является полностью неэффективной: кредитная активность сокращается, сберегательная – растет, девалютизация активно идет. Однако ее влияние на инфляцию остается ограниченным, так как значительную роль играют немонетарные факторы и структурные проблемы экономики. Поэтому повышение ставок само по себе не может дать быстрого результата без комплексных мер по снижению издержек, стимулированию производственного сектора и повышению доверия к экономической политике государства.

Ссылка на основную публикацию